Неточные совпадения
Служив отлично-благородно,
Долгами жил его отец,
Давал три бала ежегодно
И промотался наконец.
Судьба Евгения хранила:
Сперва Madame за ним ходила,
Потом Monsieur ее сменил;
Ребенок был резов, но мил.
Monsieur l’Abbé, француз убогой,
Чтоб не измучилось дитя,
Учил его всему шутя,
Не докучал моралью строгой,
Слегка за шалости бранил
И в Летний сад гулять
водил.
Один среди своих владений,
Чтоб только время
проводить,
Сперва задумал наш Евгений
Порядок новый учредить.
В своей глуши мудрец пустынный,
Ярем он барщины старинной
Оброком легким заменил;
И раб
судьбу благословил.
Зато в углу своем надулся,
Увидя в этом страшный вред,
Его расчетливый сосед;
Другой лукаво улыбнулся,
И в голос все решили так,
Что он опаснейший чудак.
Теперь можно бы заключить, что после таких бурь, испытаний, превратностей
судьбы и жизненного горя он удалится с оставшимися кровными десятью тысячонками в какое-нибудь мирное захолустье уездного городишка и там заклекнет [Заклекнуть — завянуть.] навеки в ситцевом халате у окна низенького домика, разбирая по воскресным дням драку мужиков, возникшую пред окнами, или для освежения пройдясь в курятник пощупать лично курицу, назначенную в суп, и
проведет таким образом нешумный, но в своем роде тоже небесполезный век.
Когда он ушел, ужасная грусть стеснила мое сердце.
Судьба ли нас
свела опять на Кавказе, или она нарочно сюда приехала, зная, что меня встретит?.. и как мы встретимся?.. и потом, она ли это?.. Мои предчувствия меня никогда не обманывали. Нет в мире человека, над которым прошедшее приобретало бы такую власть, как надо мною. Всякое напоминание о минувшей печали или радости болезненно ударяет в мою душу и извлекает из нее все те же звуки… Я глупо создан: ничего не забываю, — ничего!
Не
судьба ль, не инстинкт ли какой
сводит их вместе?
Он с большой веселостию описал мне семейство коменданта, его общество и край, куда
завела меня
судьба.
В купеческих семьях ни одной свадьбы не венчали без того, чтобы мать нареченную невесту не
свозила прежде к блаженному узнать, какова будет
судьба ее, не будет ли муж пьяница, жену не станет ли колотить, сударочек не
заведет ли, а пуще всего, не разорится ли коим грехом.
Все лезут к Софронушке про
судьбу спросить, а иным хочется узнать: какой вор лошадушку
свел со двора, кто новину с луга скрал, кто буренушке хвост обрубил, как забралась она в яровое, какой лиходей бабу до того испортил, что собакой она залаяла, а потом и выкликать зачала.
Слышатся в них и глухой, перекатный шум родных лесов, и тихий всплеск родных волн, и веселые звуки весенних хороводов, и последний замирающий лепет родителя, дающего детям предсмертное благословение, и сладкий шепот впервые любимой девушки, и нежный голос матери, когда, бывало, погруженная в думу о
судьбе своего младенца,
заведет она тихую, унылую песенку над безмятежной его колыбелью…
Судьба — точно нарочно —
свела меня с таким человеком в ту полосу моей дерптской жизни, когда будущий писатель стал забивать естественника и студента медицины.
Но какая игра
судьбы, которая
свела бывших супругов за этим обедом, где хозяйка приготовила для нас русские щи!
Когда я много лет спустя просматривал эти статьи в"Библиотеке", я изумлялся тому, как мне удавалось
проводить их сквозь тогдашнюю цензуру. И дух их принадлежал ему. Я ему в этом очень сочувствовал. С студенческих лет я имел симпатии к
судьбам польской нации, а в конце 60-х годов в Париже стал учиться по-польски и занимался и языком и литературой поляков в несколько приемов, пока не начал свободно читать Мицкевича.
— Нет, при полиции; mademoiselle Бертольди когда-то предсказала мне сойтись с полицией, —
судьба меня и
свела с нею.
Он искал беседы людей с желчным, озлобленным умом, с ожесточенным сердцем и
отводил душу, слушая злые насмешки над
судьбой; или
проводил время с людьми, не равными ему ни по уму, ни по воспитанию, всего чаще со стариком Костяковым, с которым Заезжалов хотел познакомить Петра Иваныча.
Нужно было даже поменьше любить его, не думать за него ежеминутно, не
отводить от него каждую заботу и неприятность, не плакать и не страдать вместо его и в детстве, чтоб дать ему самому почувствовать приближение грозы, справиться с своими силами и подумать о своей
судьбе — словом, узнать, что он мужчина.
Эта таинственность только раздражала любопытство, а может быть, и другое чувство Лизы. На лице ее, до тех пор ясном, как летнее небо, появилось облачко беспокойства, задумчивости. Она часто устремляла на Александра грустный взгляд, со вздохом
отводила глаза и потупляла в землю, а сама, кажется, думала: «Вы несчастливы! может быть, обмануты… О, как бы я умела сделать вас счастливым! как бы берегла вас, как бы любила… я бы защитила вас от самой
судьбы, я бы…» и прочее.
— Нашел кого поставить с ним наравне! это насмешка
судьбы. Она всегда, будто нарочно,
сведет нежного, чувствительного человека с холодным созданием! Бедный Александр! У него ум нейдет наравне с сердцем, вот он и виноват в глазах тех, у кого ум забежал слишком вперед, кто хочет взять везде только рассудком…
С таким-то человеком
свела судьба слабохарактерного князя Шестова.
В Петербург графиня переехала внезапно, по случаю болезни своей матери, оказавшейся, впрочем, непродолжительной и неопасной;
проведя в столице более двух недель, графиня уже решила ехать обратно в Грузино, но
судьба решила иначе.
— Да как
завел меня туда господь, — продолжал он, — эх, благодать небесная, думаю! По сиротству моему произошло это дело, так как в нашей
судьбе совсем нельзя без вспомоществования. И вот, верьте богу, сударь, себе в убыток, наказал господь за грехи: за махальницу, да за хлопотницу, да за дьяконов чересседельник всего только двенадцать рублев приобрел. Николая Угодника подбородник, чистый серебряный, задаром пошел: симилёровый, говорят.
Даже сидя в тарантасе, куда вынесли его плоский, желтый, до странности легкий чемодан, он еще говорил; окутанный в какой-то испанский плащ с порыжелым воротником и львиными лапами вместо застежек, он еще развивал свои воззрения на
судьбы России и
водил смуглой рукой по воздуху, как бы рассеивая семена будущего благоденствия.
Но все-таки, если раз
судьба уж
свела с прохожим или проезжим — держи его крепче за фалды!
Девушка же шла словно стрелка, торопливо и робко, как вообще ходят все девушки, которые не хотят, чтоб кто-нибудь вызвался
провожать их ночью домой, и, конечно, качавшийся господин ни за что не догнал бы ее, если б
судьба моя не надоумила его поискать искусственных средств.
Пять тысяч каторжников там,
Озлоблены
судьбой,
Заводят драки по ночам,
Убийства и разбой...
В настоящем случае трудно даже сказать, какого рода ответ дал бы герой мой на вызов капитана, если бы сама
судьба не помогла ему совершенно помимо его воли. Настенька, возвратившись с кладбища,
провела почти насильно Калиновича в свою комнату. Он было тотчас взял первую попавшуюся ему на глаза книгу и начал читать ее с большим вниманием. Несколько времени продолжалось молчание.
Помню, как однажды Наташа, наслушавшись наших разговоров, таинственно
отвела меня в сторону и со слезами умоляла подумать о моей
судьбе, допрашивала меня, выпытывала: что я именно делаю, и, когда я перед ней не открылся, взяла с меня клятву, что я не сгублю себя как лентяй и праздношатайка.
Она бросилась в Петербург сгоряча, очертя голову, не зная, как там все это будет, и как-то еще все обойдется и устроится — бросилась на авось, с одной темной надеждой, что, вероятно, как-нибудь да обойдется, что Полояров ее выручит, что отец, может быть, и не узнает, что какими бы то ни было
судьбами надо будет скрыть, обмануть его,
отвести все подозрения, а кáк именно — этого-то она и не знала, но только думала, что там Полояров, конечно, что-нибудь придумает и устроит.
Не искал души в женщине и Николай Герасимович, а может быть, и не подозревал ее в тех «общедоступных существах женского рода», с которыми почти исключительно
сводила его
судьба.
В то время, когда наш герой, Николай Герасимович, ездил по «заграничным землям» и
проводил время в довольно-таки неуспешных поисках «свободной любви», долженствовавшей заполнить ту мучительную брешь в его сердце, которая была сделана прелестной ручкой очаровательной Гранпа, в
судьбе остальных действующих лиц нашего правдивого повествования произошло много перемен.
— Мамаша, милая мамаша! — твердила она, целуя ее руки, — что же было делать? Я не виновата, я полюбила его, я не могла поступить иначе. Вините
судьбу: она меня
свела с человеком, который не нравится папеньке, который увозит меня от вас.
Войдя в зал суда, я не узнал Урбенина: он совершенно поседел и постарел телом лет на двадцать. Я ожидал прочесть на лице его равнодушие к своей
судьбе и апатию, но ожидания мои были ошибочны, — Урбенин горячо отнесся к суду: он
отвел трех присяжных, давал длинные объяснения и допрашивал свидетелей; вину свою отрицал он безусловно и каждого свидетеля, говорившего не за него, допрашивал очень долго.
В начале прогулки Санин, как старший и потому более рассудительный,
завел было речь о том, что такое фатум, или предопределение
судьбы, и что значит и в чем состоит призвание человека; но разговор вскорости принял направление менее серьезное.
Она стояла передо мной, держа двумя пальчиками кусок балыка и отщипывая от него микроскопические кусочки своими ровными белыми зубами. Очевидно, что поступок Глумова не только не возмущал ее а, скорее, даже нравился; но с какой целью она
завела этот разговор? Были ли слова ее фразой, случайно брошенной, чтоб занять гостя, или же они предвещали перемену в
судьбе моего друга?
В четверг рано утром
завез мне Добронравов твои листы, добрый друг Николай. Спасибо тебе за твой рассказ — именно
судьба тебя отыскала, и я вполне уверен, что ты сделаешь все по ожиданию К. Н. Он, без сомнения, тебя выбрал не по технической части, а по бескорыстию, которое в нынешнем веке капитал. Следовательно, тебе, без всякой скромности, можно быть на этом месте тем, чем ты есть…
Между тем все приготовил к моему возвращению. 2 октября в час пополудни сел в тарантас с Батеньковым и Лебедем. Они меня
проводили до Самолета. Татьяна Александровна, прощаясь со мной, просила меня сказать тебе, что утешается мечтой к Новому году быть у тебя в Марьине. Не знаю почему — они все говорят мне о тебе. Видно, что-нибудь значит. [То есть декабристы понимали, что Пущин и Фонвизина скоро соединят свои
судьбы.]
— Знаете, Матвей Савельич, это страшнее всех домовых и леших, доль и
судеб — и даже ваших записок, — вы понимаете? Наташа, пожалуйста,
отведите Борю наверх, — иди, Борис!
— Мне надо сказать тебе по секрету, Беко, — шепнула я так, чтобы не услыхал Сарем, и тотчас же добавила вслух: —
Сведи меня к матери твоей, я хочу узнать мою
судьбу.
А… а все-таки, должен вам сознаться, что ночь после этого
провел прескверно и в перерывчатом сне видел льва. Что бы это такое значило? Посылал к хозяину гостиницы попросить, нет ли сонника? Но хозяйская дочка даже обиделась и отвечала, что «она такими глупостями не занимается». Решительно нет никакой надежды предусмотреть свою
судьбу, — и я поехал лицом к лицу открывать что сей сон обозначает?
Живая жизнь борется в нем с холодною вечностью, брезгливо отрицающею жизнь. Андрей смотрит на сидящую у его постели Наташу. «Неужели только за тем так странно
свела меня с нею
судьба, чтобы мне умереть?» И сейчас же вслед за этим думает: «Неужели мне открылась истина жизни только для того, чтобы я жил во лжи? Я люблю ее (Наташу) больше всего в мире. Но что же делать мне, ежели я люблю ее?»
Я три раза видел вблизи, насколько это возможно и разрешается, картины боя, положим, незначительного, так как в момент крупного дела при Вафангоу, сидел, волею
судеб, в Мукдене,
проводя «дни мук» корреспондентского искуса, да и приехал я туда в ночь на 1 июня, так что если бы «Мукден» не оправдал бы даже своего русского названия «день мук», то и тогда бы я едва ли успел попасть 2 июня в Вафангоу, а это был последний день этого почти трёхдневного боя.
Я же еду в полк — и в бурях брани на поле битвы
проведу отчаянную
судьбу мою…
Хотя вместе с Петковичами я на один день ездил из Федоровки в имение Романовых Снежково, но окончательно
свела нас
судьба в Крылове, куда это семейство переехало по случаю поступления нежно любимого сына Романовых Владимира в наши юнкера.
Тютчеву, однако, не было суждено смирить бешеный нрав даже любившей его женщины-зверя. На следующее после знакомства лето, заподозрив его в неверности, Дарья Николаевна приказала запереть его в «волчью погребицу», где несчастный инженер
провел страшную ночь и лишь к утру какими-то
судьбами успел убежать от рассвирепевшей мегеры — Салтыковой, готовившейся наказать своего «изменщика» розгами.
И потому — верный логический вывод — если мы не можем
отвести от этого создания, возвышенного, прекрасного, — кто об этом спорит? — если мы не можем
отвести от ее сердца неминуемого, рокового удара, который
судьба изловчила на нее с такою злобой, то воспользоваться ее страстью для исполнения благородного подвига ничуть не низко и не грешно.
Проводив на мызу господина Блументроста Владимира, с которым
судьба так жестоко поступила в минуты его величайших надежд, мы возвратимся к мосту мариенбургскому. Внезапное похищение его несколько расстроило церемониальное шествие, предводимое Гликом. Последний едва не перемешал в голове частей речи, составленной по масштабу порядочной хрии [Хрия — ораторская речь.], от которой отступить считал он уголовным преступлением.
— Ну, не чаял я, что так скоро! — проговорил Глеб,
проводя ладонью по голове. — Я думал, Гришка на свадьбе на твоей попирует… Нет, не
судьба, видно, ему!..
Если бы
судьбе угодно было, чтобы такие угодья, как лесная дача при усадьбе «Заводное», попали в его руки, — он положил бы на нее всю душу,
завел бы рациональное хозяйство с правильными порубками.
Без чванства и гордости почувствовал Теркин, как хорошо иметь средства помогать горюнам вроде Аршаулова. Без денег нельзя ничего такого
провести в жизнь. Одной охоты мало. Вот и мудреца лесовода он пригрел и дает полный ход всему, что в нем кроется ценного на потребу родным угодьям и тому же трудовому, обездоленному люду. И
судьбу капитана он обеспечил — взял его на свою службу, видя что на того начали коситься другие пайщики из-за истории с Перновским, хотя она и кончилась ничем.
Платонов. Легенький удар… Легенький к его счастью и к несчастью его осленка, которого он по глупости величает сыном… Домой
отвезли… Ни один вечер без скандала не обходится! Такова наша
судьба, знать!